У тебя в макушке дырка. Это дверь, в которую входит космос.

Я никогда никого так не любила. Я вообще не думала, что люди так могут, что Я так могу. Чувствовать вообще всё. Все возможные эмоциональные оттенки от пылающего гнева до удушливого страха, от ослепляющего безумия до гигантской волны энергии счастья. И вот это вот всё в тебе одном из-за другого одного человека. И ты рыдаешь. Потом летишь, пытаясь удержаться за воздух, а потом отпускаешь, наслаждаясь полетом. Тебя бьют в лицо, а ты улыбаешься кровавыми зубами. Мне кажется, я теперь знаю, что они имеют ввиду, когда говорят про вторую щеку.

"Сладкий и чистый, густой как сметана
Льется на нас из небесного крана.
И всё так странно..."

Я думала, мы зарядим кругосветку, напишем песню, родим детей, приготовим настоящий плов. Такого никогда не будет.

Это был лучший год в моей жизни.
Я до сих пор чувствую это всё. Я тебя люблю. 

Какое твое любимое время? Сейчас, а твое? Минуту назад.

3 месяца, 5 килограммов, 8 порезов, 80 новых аудио в вк, 1 покраска волос, 1 поездка в тагил, 1 поездка в питер, 1 букет цветов, 1 комплект ключей, 1 девственность, 6 истерик, 2 похода в кино, 3 похода в бар, 1 борщ, 1000 сигарет, 2 оргазма, 1 предложение переехать, 2 признания в любви, бесконечное число вранья, 3 серьезных разговора, 1 обмен носками, 1 одеяло, 1 подушка, 1 прочтение Шукшина вслух, миллион историй о японском и банкротстве, 2 мультика Миядзаке, около 20 новых знакомств, 2 побега, 2 простуды, 100 часов у тебя на коленях, 15 прогулов в универе, 1 пикник на кухонном полу, 3 дня наедине, 1 совместная ванна, 4,5 сезона Бургеров Боба, 1 коробка овсянки, 1 прокушенная губа  [...]

Я почти уверенна, что мне изрядно полегчает, если я здесь всё всё всё напишу, но я не могу.
На новый год загадаю тебя не любить, чтобы не умереть от боли.
А сегодня я впервые за очень долгое время молилась. Молилась о том, чтобы не быть злой. Я не стану перевирать, подменять, отравлять свои воспоминания, чтобы легче пережить утрату. Я не хочу быть злой, потому что люблю.
Я буду доброй и, может быть, жизнь будет добра ко мне тоже.

Не могу столько плакать.



p.s. отдельное спасибо всем, кто за меня волнуется и спрашивает, ем ли я вообще, а также говорит мне действительно хорошие вещи и меня веселит. 

Знаете, я хочу ничего не чувствовать. Давайте сделаем так, чтобы мне всё это говорили, а мне было всё равно

Сегодня вам плохо, а завтра будет хорошо.
Твоё тело - твоё дело, если ты когда-нибудь захочешь, то есть это сделает тебя счастливой, почему нет.
Компромисс наименее эффективный способ разрешения конфликтной ситуации.
Давай пока что этой темы вообще не касаться.
Твои джинсы в крови.
Человек привыкает ко всему.
Что ты хочешь делать? Я ничего. А ты, что хочешь делать? И я ничего.
О, пожалуйста.

Я. Моё. Мне.
Твои. Мои. Наши.
Если бы я жила в 80х я бы зажгла.
Всё одно.
Как-то раз я вышла из универа, а там через дорогу стоит живая белоснежная ЛАМА.
Аж ноги трясутся, так хочется что-нибудь сделать.

И тебе даже не нужно ночевать под моим окном.

Ты ближе всех, но постоянно пытаешься сбежать.

Ты любишь меня, но отзываешься обо мне хуже всех.

Ты говоришь, что тебе ничего не нужно, но всё твоё поведение - немой укор и требование.

Сказать это было чем-то чертовски тяжёлым, но ещё тяжелее оказалось с этим жить.
"Ты принадлежишь мне, я сделал тебя своей, и ни в одной сказке нет женщины, за которую сражались бы дольше и отчаяннее, чем я сражался за тебя с самим собой. Так было с самого начала, так повторялось снова и снова, и так, видно, будет всегда". Бесконечная война.
Я люблю тебя, и это ТАКАЯ боль. 
И счастье.
С сайтаhttp://www.inpearls.ru/

Захаров, лучше б ты наврал

Твоя жизнь про наркотики.
Моя про мазохизм.
Мы с тобой - самые разные,
хотя внешне один человек.
Ты делаешь всё, чтобы не быть здесь.
Я очень хочу остаться.
Наши жизни никак не пересеклись бы,
но мы каждую ночь засыпаем вместе.

Мысль о том, что мне нужно иметь ввиду мнение какого-то человека, который не я - приводит меня в ступор, потом в тихий ужас, потом в громкую истерику.
Я рыдала три дня подряд, потому что я не могу справиться с этими чувствами. Это кровавое месиво в самом центре меня - эмоции, их так много, что у меня нет названий для всех, а значит, я не могу осмыслить. Меня разрывает, и я вижу, как куски тела разлетаются по комнате: Прощай, моя голова. Adieu, la tête.

Я говорю, это не всерьёз.
Моих вещей в твоём доме,больше чем в том месте, где я вроде живу.
Ты говоришь, я люблю тебя.
Забываешь забрать меня с работы два дня подряд.
Мы рассказываем друг другу с упоением о планах на будущее.
Ни в одном предложения Нас там нет.
Закрытые темы для разговора - то ли плохо, то ли радостно.
О чём нам с тобой ругаться, если делаем, как удобно?

Позавчера я сбежала из твоего дома, пока ты занимался японским с учениками в кухне, потому что мне было так невыносимо больно думать о том, насколько разные чувства мы называем одним словом; о том, что ты делаешь большинство вещей, только потому что тебе кажется, что ты должен их делать; о том, что на самом деле,ты был бы рад заниматься теми же вещами, что мы с тобой с кем угодно ещё; о том, что у меня нет ничего своего и даже тебя; о том, что всё это закончится самое позднее в июле; о том, что даже я знаю, как минимум одного человека, который подошёл бы тебе гораздо более, чем я; о том, что я не хочу тебя любить.
Короче говоря, я прихватила все свои вещи, которые смогла у тебя найти, и как последний преступник прошмыгнула в дверь, даже не застёгивая куртки, потому что так страшно было, что я встречу твоих соседей и придётся говорить. А у меня не осталось ни одного слова.
Потом я напилась. Потом разрезала свою многострадальческую ногу. Потом смотрела, как идёт кровь. Потом размазывала кровь. Потом лежала на полу в коридоре, слушая русский рок. Потом ты приехал, долго вглядывался в моё лицо, испёк оладушки, забрал меня к себе.
Натурально. Я схожу с ума.

Ты вытираешь мои слёзки.
Ты носишь мою сумку.
Ты защищаешь меня от пьяных соседей.
Ты даешь мне свой ноутбук.
Ты отдаёшь мне последний кусок курицы.
Ты читаешь мне стихи.
Ты интересуешься, как мои дела.
Ты слушаешь мои монологи о банкротстве и арбитражных судах.
Ты закидываешь меня на плечо.
Ты целуешь меня в лобик.

Загадка

Это совершенно невероятно, и удивительно, и странно, и больно, и хорошо. Как мы переходим из одного состояние в совершенно новый формат ощущений? Как мы не замечаем существующего перед глазами, пока случайно не коснёмся рукой

Мы стартуем из точки А:
Одиночество совсем незаметно, если оно непрерывно.
Я проснулась на следующей день в своей постели, и было странно не обнаружить тебя рядом. Я бы хотела тебя обнимать, и целовать, и держать за руку.
Нет. Не тебя. Просто кого-то, а с тобой это наиболее вероятно.

Что ты чувствуешь, когда он касается тебя?
Мне не неприятно.
Разве так начинаются истории великой любви?

Мы через невнятное месиво собственных мыслей и очень глубоких неназванных подсознательных получаем точку Б:
Я судорожно ищу билеты в Пятигорск, пересчитываю свой бюджет, гоняю мысли по кругу о том, что вроде можно взять пару отгулов. Нет, нет, нет. Это странно, я не могу, могу, не могу.
Ты там, а я здесь, и между нами много неизвестных,
Тебя окружают люди, но я не хочу их знать. Пусть твоим окружением стану только я.
Женщины внутри полые, чтобы нести в душе свою любовь и всего того человека, от которого она родилась.

Я бы хотела тебя обнимать, и целовать, и держать за руку.
Да. Только тебя.

Мы открываемся и взрываемся и разносимся миллиардами частиц сквозь пространство и время за его пределы, попадая в точку В:
Всё, что ты скажешь и сделаешь - всё Да.
"Вы начали встречаться! Даша будет жить с нами!"
Все слова вырываются только о тебе. Ноги несут меня только к твоему дому. Мы можем найти руки друг друга, даже когда наши тела совсем не рядом.

Я обнимаю тебя, и целую, и держу за руку.
Ты.

Моя летняя повседневность

Хочу, чтобы все мои друзья жили в Москве и дружили между собой. Хочу быть рядом.
Люблю смотреть на голубей на станции, пока жду свой поезд. Они смешно вгибают спину и летают всегда словно по дуге, как ходят косолапые люди.
Когда мне грустно, я ем, ем, ем, ем много и быстро до тех пор, пока не заболит всё тело. Я не знаю, зачем я это делаю. Наверно боль перекрывает мысли, которые я не хочу думать.
Я специально не точу кухонные ножи. Так меньше соблазна. Мой парень наточит. Когда-никогда.
Закрываю глаза на закатное солнце, сидя в электричке. Так чудесно, то тёплое красное сияние, то полная темнота. Это мои кровеносные сосуды загораются на свету и гаснут, когда мы едем через лес. Включить/выключить/включить. Солнце мигает сквозь веки.
У меня синдром пережившего блокаду ленинграда. Я так долго жрала гречу и считала каждую копейку, а мне всё равно ни на что не хватало, что теперь, когда денег у меня в два раза больше, то есть больше не впритык, я постоянно покупаю еду. У меня дома столько еды, сколько я не в состоянии съесть. Я просто складирую её по шкафам и полкам холодильника. Просто, чтобы было. Вдруг то время опять вернётся.
Быть совсем одной в трёхкомнатной квартире не так уж плохо. Я варю кофе голышом и пою песни. К этому быстро привыкаешь?
В белой рубашке я похожа на официантку (если остаюсь в кедах, в которых пришла) или на шлюху-секретаршу (если переодеваю шпильки). Мне всё равно нравится офисный дресс-код. Надо купить сорочку в полоску. Вообще-то рубашки меня бесят, потому что мне приходится зашивать их на груди, чтобы не светить бельём.
Люблю пятницу за то, что мы остаёмся в офисе вдвоём в этот мой последний рабочий час, потому что ты перерабатываешь, а у меня кривой график, и тогда мы немножко болтаем. Как же страшно сделать что-то неуместное. Помоги мне.
Вижу отчётливо разницу между тем, чтобы бы получать удовольствие от того, что делаешь и быть сумасшедшим фанатом своего дела. Меня не хватит.
Антон очень клёвый.
Я бы хотела быть сейчас на море и отдыхать, но с другой стороны не хотела бы. Не знаю почему. Я наверно пожалею об этом, когда начнётся учебный год. Я вообще не отдохнула. Ничуть.
Дима, я читала про потреб! Я просто не поняла, что вы про 353-ФЗ!!!
Я никого не люблю. И ни в кого не влюблена даже. Или во много человек сразу, если так можно. Это одно и то же кстати. Для такого надо остановиться на чём-то одном и сконцентрироваться. А я всё бегу, бегу, бегу и жду чего-то, жду, жду, жду и рыщу глазами, рыщу, рыщу.