Пожалуйста умри.

Я так много сил трачу на то, чтобы не опускаться до ненависти к тебе, что просто физически не могу полюбить никого другого.
Я очень устала.


мой нож и твоя спина.

Я знаю одно местечко

оно больше не моё.

Захаров, лучше б ты наврал

Твоя жизнь про наркотики.
Моя про мазохизм.
Мы с тобой - самые разные,
хотя внешне один человек.
Ты делаешь всё, чтобы не быть здесь.
Я очень хочу остаться.
Наши жизни никак не пересеклись бы,
но мы каждую ночь засыпаем вместе.

Мысль о том, что мне нужно иметь ввиду мнение какого-то человека, который не я - приводит меня в ступор, потом в тихий ужас, потом в громкую истерику.
Я рыдала три дня подряд, потому что я не могу справиться с этими чувствами. Это кровавое месиво в самом центре меня - эмоции, их так много, что у меня нет названий для всех, а значит, я не могу осмыслить. Меня разрывает, и я вижу, как куски тела разлетаются по комнате: Прощай, моя голова. Adieu, la tête.

Я говорю, это не всерьёз.
Моих вещей в твоём доме,больше чем в том месте, где я вроде живу.
Ты говоришь, я люблю тебя.
Забываешь забрать меня с работы два дня подряд.
Мы рассказываем друг другу с упоением о планах на будущее.
Ни в одном предложения Нас там нет.
Закрытые темы для разговора - то ли плохо, то ли радостно.
О чём нам с тобой ругаться, если делаем, как удобно?

Позавчера я сбежала из твоего дома, пока ты занимался японским с учениками в кухне, потому что мне было так невыносимо больно думать о том, насколько разные чувства мы называем одним словом; о том, что ты делаешь большинство вещей, только потому что тебе кажется, что ты должен их делать; о том, что на самом деле,ты был бы рад заниматься теми же вещами, что мы с тобой с кем угодно ещё; о том, что у меня нет ничего своего и даже тебя; о том, что всё это закончится самое позднее в июле; о том, что даже я знаю, как минимум одного человека, который подошёл бы тебе гораздо более, чем я; о том, что я не хочу тебя любить.
Короче говоря, я прихватила все свои вещи, которые смогла у тебя найти, и как последний преступник прошмыгнула в дверь, даже не застёгивая куртки, потому что так страшно было, что я встречу твоих соседей и придётся говорить. А у меня не осталось ни одного слова.
Потом я напилась. Потом разрезала свою многострадальческую ногу. Потом смотрела, как идёт кровь. Потом размазывала кровь. Потом лежала на полу в коридоре, слушая русский рок. Потом ты приехал, долго вглядывался в моё лицо, испёк оладушки, забрал меня к себе.
Натурально. Я схожу с ума.

Ты вытираешь мои слёзки.
Ты носишь мою сумку.
Ты защищаешь меня от пьяных соседей.
Ты даешь мне свой ноутбук.
Ты отдаёшь мне последний кусок курицы.
Ты читаешь мне стихи.
Ты интересуешься, как мои дела.
Ты слушаешь мои монологи о банкротстве и арбитражных судах.
Ты закидываешь меня на плечо.
Ты целуешь меня в лобик.

Вот этого всего не должно было быть.

Я не знаю, что сделать, чтобы всё стало, как было. Так не бывает, да? Я надеялась, что у нас выйдет. Точнее, я не думала, что у нас что-то в принципе изменится, но ты побил все рекорды.

Больше всего на свете мне бы хотелось сейчас сидеть напротив тебя и орать: ПЕРЕСТАНЬ! ПЕРЕСТАНЬ! ПЕРЕСТАНЬ!
Это чувство, когда у тебя зверская проблема, которую ты хочешь обсудить с одним единственным конкретным человеком, но проблема именно в нём, так что ты просто сидишь, смотришь в стену, немножко хочешь умереть, и ничего не происходит.

Чувствовал ли ты себя так же, когда мы перестали общаться зимой? Прости меня. Мне так жаль. Мне так ужасно жаль.

Знаю, нам наверно нужно время, но у нас его нет. Ты уедешь, и мы потеряемся насовсем. А я так не хочу. Я не готова тебя отпустить.

Наша дружба умещается в события, пересчитать которые хватит пальцев одной руки, но я ужасно люблю тебя, потому что ты - мой брат близнец, моя ментальная копия, моя родственная конченная душа. 

Я просто не могла подумать, что это заставить тебя чувствовать себя плохо. И ты даже не сказал мне этого. Всё, что я услышала в ответ - всё нормально, немного грустно. 

Зачем так врать?

А если это правда, зачем себя так теперь вести?

Я была тебе хорошим другом. 

Боже, ну что за дерьмо?

Удивительные приключения Даши в мире расстройств пищевого поведения (шутка).

"- Как вы, эмоциональные люди, вообще умудряетесь дожить до хоть какого-то взрослого возраста?
- Поверь мне, я удивляюсь этому не меньше тебя".

Честно говоря, мне кажется, что я не хочу быть ни в кого влюблена, если это обязательно должно выражаться так.

Я хочу нормально вкусно поесть. И не один раз за неделю. И чтобы обед остался во мне.

Быть женщиной - это как быть проклятой на бесконечно долгий срок. 

Фотка с кетчупом без верхней губы

Я ненавижу компромиссы.
Это так чертовски тяжело взаимодействовать с людьми, которые не хотят никого слышать.
Это так чертовски тяжело быть Швейцарией среди тех, кто считает себя выше вежливости.

Как было бы чудесно встретить наконец человека, которого и мне можно будет не бояться обидеть, с которым не надо договариваться, а можно просто делать и говорить, и никакой этой холодной обходительности, и никаких этих минимальных стандартов обращения с посторонними.

Отвалите от меня ради Бога.

Стыдно

Как-то раз, когда было мне лет 6, я напросилась остаться с ночевой у близких друзей нашей семьи, потому что моему старшему брату разрешили это сделать.
Ближе к ночи, когда старшие дети и я набесились вдоволь и улеглись спать, у меня, кажется, заболела голова или что-то ещё, сейчас уж не упомню. Я пожаловалась родителям девочек, у которых мы остались, что мне нехорошо. Мне выдали таблетку и стакан воды после непродолжительного опроса о симптомах, которую я благополучно выпила и заснула.

На следующий день, придя домой, я услышала следующее: ночевать я больше никогда ни у кого не буду, потому что это ж надо было пожаловаться людям, что тебе плохо среди ночи, помешать им спать, заставить их волноваться и прочее и прочее. Стыдно должно быть за причинённое неудобство людям, которые так радушно согласились меня принять.


Вот мне и стыдно до сих пор, всю жизнь.

Болеть стыдно, устать стыдно, жаловаться стыдно, рот лишний раз открыть стыдно.

Разлука

Есть люди, присужденные к скитаньям,
Где б ни был я,— я всем чужой, всегда.
Я предан переменчивым мечтаньям,
Подвижным, как текучая вода.

Передо мной мелькают города,
Деревни, села, с их глухим страданьем.
Но никогда, о, сердце, никогда
С своим я не встречался ожиданьем.

Разлука! След чужого корабля!
Порыв волны — к другой волне, несхожей.
Да, я бродяга, топчущий поля.

Уставши повторять одно и то же,
Я падаю на землю. Плачу. Боже!
Никто меня не любит, как земля!

(К.Д. Бальмонт)

Давай что-нибудь построим, потом что-нибудь разрушим.

Чувствую острую потребность написать что-нибудь, но не знаю что.

У меня есть предчувствие, что этим летом должно что-то произойти, мне кажется, это зрело уже очень долго, и оно должно родиться именно в эти летние месяца, наполненные пустотой, специально, чтобы оно могло жить.

С другой стороны, немаловероятно (шутка для знатоков), что эта пустота настолько сильно тяготит меня, что это никакое не предчувствие, это я просто ощущаю острую потребность в хоть каких-нибудь событиях. 

Все мы видим то, что хотим видеть. 

Здесь скучно как на лекциях по отечественной истории на первом курсе и одиноко как в пустыне (наверно всегда, потому что в пустыне я не была, но пустыня ведь от слова пусто, так что этим и ограничимся). И это отсутствие хоть чего-нибудь, это всепоглощающее, ужасающее н и ч е г о сжигает меня изнутри, настолько сильно, что я готова создать новые воспоминания сама. 

И вот сейчас, прежде чем я в который раз уже всё опять сама, своими собственными руками всё испорчу, я бы хотела просто получить ещё один знак от вселенной, который подтолкнул бы меня это сделать. Если вы внимательно читали, то ясно, что я даже уже и сама понимаю, что знак этот будет никакой не знак, а просто ничего не значащий глюк во вселенском замысле, который я смогу истолковать так, как мне удобно, чтобы решиться на то, что хочу сделать. 

Но кому какое в конце концов дело?
Мы просто что-то делаем или не делаем, но это в любом случае выбор, определяющий что-то в нашей жизни.

p.s.Если любишь, говори сразу. А то может быть очень поздно! А может и не быть! А может и быть, но не очень поздно! А бывает, что даже рановато!

p.s.№2: да, да, да, похоже на бред, к тому же написано неаккуратно, зато прям от души!

Думаю думки, а ты пьёшь, а ещё сейчас сессия, июнь, и я so fucking sad

Это нечестно!
нечестно нечестно нечестно нечестно нечестно нечестно

Я говорю себе: хорошо, давай закончим сейчас. Я собираю всё какое у меня только есть самообладание, гордость, обиду, чтобы начать делать вид, что тебя нет. И тебе даже не нужно на это смотреть. Я уже, вот, вот, сейчас, ухожу, и через месяц, два, три, в общем, довольно скоро, всё будет у нас хорошо.

И ты согласен, потому что ты уже ушёл.

А потом не согласен. Но вроде не совсем.
Нельзя уйти, но не совсем.
Это что?


И ты блин теперь везде. Всё, что есть в моей голове, это всё про тебя.
А ты даже не знаешь, что тебе надо.

Ну вот, что тебе надо?


Лучше беги, потому что я тебя сожру.

Они видели небо. Видели вместе. Падали в воду.

Первый день лета. Второй день лета. Третий. Четвёртый. Ещё и ещё. Это не закончится.
Где бы ты хотел оказаться в конце?
Ты бежишь. Ты чувствуешь, как горит земля, за которую ты пытаешься держаться?

Перед моими глазами одна и та же картина, я беру нож для колки льда и бью себя промеж рёбер. Куски кожи вперемежку с плотью. Мясо и кости. Кости и кровь.
Первый раз. Второй раз. Третий. Четвёртый. Ещё и ещё. Это не закончится.
Кем бы ты хотел быть в конце?
Ты кричишь. Ты не чувствуешь боли, не становится легче. С дырой в груди или без. Положи туда что-нибудь съестное, впереди долгий путь.


Это всё, сюжет для кинофильма, дешёвого романа, твои воспоминания.
Первая встреча. Вторая встреча. Третья. Четвёртая. Ещё и ещё. Это не закончится.
Ты часто думаешь о том, что будет в конце?
Ты никого больше не впускаешь. Когда ветер бьёт прямо в лицо, тебе нечем дышать. Казалось бы... это воздух.

Мы разберёмся. Или просто забудем. Где-то ещё. С кем-то ещё. Ещё и ещё. Всё заканчивается.

Я готова.

Мне сложно передать всю степень разочарованья

Если всё время отказываться, то люди перестают предлагать.
Ты девочка, твоя работа сидеть на жопе ровно, пока он пытается заставить тебя поверить в то, что хочет быть с тобой.
- Ну чего же ты? Ну! Неси меня.
- А куда я тебя понесу?
У тебя есть уникальная возможность делать всё, что ты захочешь.
Мэри, я поцарапался.
У меня на ноге два свежих пореза, и, если кто-то спросит, я не смогу объяснить.
А хозяйка ждёт милого, не убитого, живого.
Open up your heart to me, your heart to me, your heart to me, your heart to me.
Умри, если меня не любишь.
Moi de toi et toi de lui
L'une hier, l'autre aujоurd'hui.
Ты такая... быстрая сегодня. Назовём это так.
Со многими хорошо, без одного плохо.

Не думаю, что кто-то способен понять, что я тут написала, но мысль в том, что всё слишком разное, и это заставляет меня взрываться внутри.
Это прекрасно, больно и страшно. Боже, как мне страшно.
Я в такой большой растерянности от того, что завтра всё может оказаться совсем не так.
Мы лежим у фонтана в Горьки Парк, и я чувствую, как горит моё лицо, а рядом смеются дети. Я закрываю глаза и сохраняю этот момент в себе.

Кажется, я ничего не хочу.

Как вообще можно жить в мире из такого количества разных людей?