суббота, 29 декабря 2012 г.

Рано или поздно оно должно было меня убить



Иногда я провожу с одиночеством столько времени, что мы срастаемся.
Мне начинает казаться, что нет ничего прекрасней моих собственных мыслей, музыки и книг. И свеже-сваренное в турке кофе кажется мне гораздо более привлекательным, чем разговор с кем-то из моих друзей.
Люди становятся мне отвратительно далеки и непонятны. Пожалуй, для человека, который так много смеётся, я слишком быстро забываю, что шутки хороши лишь если их есть с кем разделить.
Я сказала тебе, что люблю людей, люблю быть с ними, что быстро привязываюсь. Ты сказал, что всё это тебе и самому до боли знакомо. И ушёл.
Ха Ха Ха. Какая ирония!

Глупая глупая я.

На небесах венчали нас -
Меня и одиночество моё.
Надеюсь, хоть ты будешь мне верным мужем и вечным спутником.

Gorillaz – Dare

пятница, 28 декабря 2012 г.

Я чувствую ВСЁ

Гавноёлка. Ненавижу Новый Год.





В конечном счёте, каждый из нас хотя бы раз в своей жизни сталкивается с ужасным выбором между своей истинной сущностью и сохранением дорогих вам отношений.
Как-то так вышло и вкривь и вкось, что мне пришлось выбирать пару лет назад: хочу я быть собой, или я хочу взаимопонимание, любовь и добро со своими собственными родителями.
Такими как они - мне никогда не стать, то было решено, но найти с ними общий язык казалось чрезвычайно необходимым. Единство семьи, как непреложный обет, нарушив который, ты будешь проклят всеми богами, когда-либо выдуманными человеком. Мне не было страшно, и кара богов мне казалась ничтожной. Просто однажды стало слишком невыносимо возвращаться каждый день в квартиру и всё ещё хотеть домой. Этот дом, он был как-бы не мой, у меня его, словно, не было вообще.

Я люблю свой дом, своих родных, своих родителей и брата. Но вместе с тем, я уже совсем не та девочка, которая выливала йогурт на голову стервам, несущим бред, не та, что признавалась в любви малознакомым парням, не та, что ничего и никого не боялась, да и ни во что не ставила по сути...
Осталось ли от меня старой хоть что-нибудь? Старая и новая - два ли это разных человека? Мне не горько от того, что та я куда-то ушла, ведь её не вернуть. Стала ли я лучше или хуже? Разве можно всерьёз задуматься над этим вопросом, разве можно сравнивать двух людей, а одного человека?

Только не даёт мне покоя мысль о том, что изменив себя, я изменила себе и изменила предначертанную мне судьбу.
Слишком многое не сходится, слишком многое не вовремя, слишком много того, что не вяжется с настоящим, но как влитое село бы к прошлому. И ты.


До Нового Года осталось три дня. Три дня на то, чтобы придумать, как жить дальше. Три дня, чтобы настроиться на жизнерадостный лад. Три дня, которые придут и уйдут, ничего не изменив.

Не удивлюсь, если однажды, "расхерачивание личности" закинет меня в дурдом.
Но пока, пока что у меня есть песня, которая делает меня воистину счастливой.
 Disclosure – Latch ft. Sam Smith

среда, 26 декабря 2012 г.

Для любви нужна известная наивность (с)

Я не могу без тебя жить!
Мне и в дожди без тебя - сушь,
Мне и в жару без тебя - стыть.
Мне без тебя и Москва - глушь.

Мне без тебя каждый час - с год,
Если бы время мельчить, дробя;
Мне даже синий небесный свод
Кажется каменным без тебя.

Я ничего не хочу знать -
Слабость друзей, силу врагов;
Я ничего не хочу ждать,
Кроме твоих драгоценных шагов.

(Николай Асеев)

Я не готова к Новому Году, потому что я ещё не нашла себе Новую Жизнь.



Я очень не хочу, чтобы время уходило.
Так много ещё не сделано, не написано, не спето, не сказано, не решено. Мне грустно от того, что всё, кажущееся мне важным сейчас - через пару лет будет либо забыто, либо казаться молочно-прозрачным сном. Если всё, что я люблю, существует только сегодня, то... то зачем мне завтра?

Пару недель назад у меня в груди всё сжалось, как перед прыжком с большой высоты, но я всё никак не могу понять - я шагнула с обрыва и всё-ещё лечу? Или я так испугалась, что даже не заметила, как разбилась о землю? А может, я так и не шагнула,  и это просто пелена ужаса застелила мне глаза?
Я ничего не вижу, мне трудно дышать, потому что мои лёгкие смялись, как те листки с отвратительными стихами, что вырывают из блокнотов и швыряют, не глядя в порыве не то гнева, не то безумия.

Это чувство. Его слишком много.

Любовища (!)

Четыре.
Тяжелые, как удар.
"Кесарево кесарю - богу богово".
А такому,
как я,
ткнуться куда?
Где мне уготовано логово?

Если бы я был
маленький,
как океан,-
на цыпочки волн встал,
приливом ласкался к луне бы.
Где любимую найти мне,
Такую, как и я?
Такая не уместилась бы в крохотное небо!

О, если б я нищ был!
Как миллиардер!
Что деньги душе?
Ненасытный вор в ней.
Моих желаний разнузданной орде
не хватит золота всех Калифорний.

Если б быть мне косноязычным,
как Дант
или Петрарка!
Душу к одной зажечь!
Стихами велеть истлеть ей!
И слова
и любовь моя -
триумфальная арка:
пышно,
бесследно пройдут сквозь нее
любовницы всех столетий.

О, если б был я
тихий,
как гром,-
ныл бы,
дрожью объял бы земли одряхлевший скит.
Я если всей его мощью
выреву голос огромный,-
кометы заломят горящие руки,
бросаясь вниз с тоски.

Я бы глаз лучами грыз ночи -
о, если б был я
тусклый, как солце!
Очень мне надо
сияньем моим поить
земли отощавшее лонце!

Пройду,
любовищу мою волоча.
В какой ночи
бредовой,
недужной
какими Голиафами я зачат -
такой большой
и такой ненужный?

(Владимир Маяковский)

вторник, 25 декабря 2012 г.

Но мы не close enough...

Тут должна была быть большая заметка, но
Я вдруг явно ощутила всю свою жалкость, и, в общем, ограничусь картинкой.


Disclosure – Latch ft. Sam Smith

понедельник, 24 декабря 2012 г.

Оставляю без ответа



Мне на днях приснился странный (страшный?) сон.

Будто я стою на краю глубоко бассейна, наполненного чистой прохладной голубой водой. Набираю полные лёгкие воздуха, приседаю, соединяю руки над затылком и прыгаю вверх и в воду. Погружаясь, я чувствую, как вода обволакивает моё тело, обжигая приятным холодком...
Что-то пошло не так. Бассейн оказался совсем неглубоким, и я больно бьюсь пальцами о дно. Пытаясь выплыть на поверхность, я вдруг врезаюсь в непонятно-откуда возникшую женщину. Наконец, я жадно глотаю воздух, но со всех сторон меня плотным кольцом сжимают люди. Я смотрю по сторонам и не могу понять: как мой чудесный оазис превратился в бочку с селёдкой, пока я летела на дно?

Значит ли это, что... А впрочем, знаешь, от судьбы не уйти!

воскресенье, 23 декабря 2012 г.

No need to say goodbye




Так легко и светло. Так хорошо. Боже, как хорошо. 
Я ни о чём не буду думать. Я буду делать. Делать и не жалеть.
Мне не страшно, не больно и не обидно, пока есть ты.
Пока где-то на Земле есть ты, есть я. 

Lykke Li – Sadness Is A Blessing (Gold Panda Remix)
Gold Panda – Snow & Taxis

четверг, 20 декабря 2012 г.

Only you can judge me



Я хочу быть твоей идеальной женщиной.

Я буду красива ради одного тебя, добра, весела, мила, начитанна, грамотна, образованна, внимательна, в меру амбициозна и трогательно-бесстрашна. Всё, что ты пожелаешь. Всё, чего тебе не хватало. Всё, всё, всё, чтобы ты увидел во мне свою мечту.
Я теперь знаю для кого стараться вылезти из кожи вон, прыгнуть выше головы, достать с небес звёзды.

Я хочу быть твоей идеальной женщиной, потому что ты - лучший мужчина из всех, кого я встречала на этом свете.

По ком звонит колокол



У пьянчуг ходили по рукам бутылки с анисовой и коньяком из фашистского клуба, и они пили это, как легкое вино, и в шеренгах многие тоже успели приложиться, и выпитое сразу ударило им в голову после всего, что было с доном Бенито, доном Федерико, доном Рикардо и особенно с доном Фаустино. Те, у кого не было анисовой и коньяка, пили из бурдюков, которые передавались из рук в руки, и один крестьянин дал такой бурдюк мне, и я сделала большой глоток, потому что меня мучила жажда, и вино прохладной струйкой побежало мне в горло из кожаной bota.
— После такой бойни пить хочется, — сказал крестьянин, который дал мне бурдюк.
— Que va, — сказала я. — А ты убил хоть одного?
— Мы убили четверых, — с гордостью сказал он. — Не считая civiles. А правда, что ты застрелила одного civil, Пилар?
— Ни одного не застрелила, — сказала я. — Когда стена рухнула, я стреляла в дым вместе с остальными. Только и всего.
— Где ты взяла револьвер, Пилар?
— У Пабло. Пабло дал его мне, после того как расстрелял civiles.
— Из этого револьвера расстрелял?
— Вот из этого самого, — сказала я. — А потом дал его мне.
— Можно посмотреть, какой он, Пилар? Можно мне подержать его?
— Конечно, друг, — сказала я и вытащила револьвер из-за веревочного пояса и протянула ему.
Но почему больше никто не выходит, подумала я, и как раз в эту минуту в дверях появился сам дон Гильермо Мартин, в лавке которого мы взяли цепы, пастушьи дубинки и деревянные вилы. Дон Гильермо был фашист, но кроме этого ничего плохого за ним не знали.
Правда, тем, кто поставлял ему цепы, он платил мало, но цены в лавке у него были тоже невысокие, а кто не хотел покупать цепы у дона Гильермо, мог почти без затрат делать их сам: дерево и ремень — вот и весь расход. Он был очень груб в обращении и заядлый фашист, член фашистского клуба, и всегда приходил в этот клуб в полдень и вечером и, сидя в плетеном кресле, читал «Эль дебате», или подзывал мальчишку почистить башмаки, или пил вермут с сельтерской и ел поджаренный миндаль, сушеные креветки и анчоусы. Но за это не убивают, и если бы не оскорбления дона Рикардо Монтальво, не жалкий вид дона Фаустино и не опьянение, которое люди уже почувствовали, хватив лишнего, я уверена, что нашелся бы кто-нибудь, кто крикнул бы: «Пусть дон Гильермо идет с миром. Мы и так попользовались его цепами. Отпустите его». Потому что люди в нашем городе хоть и способны на жестокие поступки, но душа у них добрая, и они хотят, чтобы все было по справедливости.
Но те, что стояли в шеренгах, уже успели поддаться опьянению и ожесточились, а потому следующего ждали теперь по-другому, не как дона Бенито, который вышел первым. Я сама лучше всякого умею ценить удовольствие, что нам доставляет вино, но не знаю, как в других странах, а в Испании опьянение страшная вещь, особенно если оно не только от вина, и пьяные люди делают много такого, чего нельзя делать. А в твоей стране не так, Ingles?
— Точно так же, — сказал Роберт Джордан. 
(...)
Не надо об этом говорить, — сказала Пилар. — Только расстраиваться. На чем мы остановились?
— Ты говорила, что люди почувствовали опьянение, — сказал Роберт Джордан. — Ну, дальше.
— Я неправильно назвала это опьянением, — сказала Пилар, — потому что до настоящего опьянения было еще далеко. Но люди стали уже не те. Когда дон Гильермо вышел из дверей Ayuntamiento — небольшого роста, близорукий, седой, в рубашке без воротничка, только запонка торчала в петличке — и перекрестился, и посмотрел прямо перед собой, ничего не видя без очков, а потом двинулся вперед, спокойно и с достоинством, его можно было пожалеть. Но из шеренги кто-то крикнул:
— Сюда, дон Гильермо. Вот сюда, дон Гильермо. Пожалуйте к нам. Все ваши товары у нас!
Очень им понравилось издеваться над доном Фаустино, и они не понимали, что дон Гильермо совсем другой человек, и если уж убивать его, так надо убивать быстро и без шутовства…
— Дон Гильермо, — крикнул кто-то. — Может, послать в ваш особняк за очками?
У дона Гильермо особняка не было, потому что он был человек небогатый, а фашистом стал просто так, из моды и еще в утешение себе, что приходится пробавляться мелочами, держать лавку сельскохозяйственных орудий. Жена у него была очень набожная, а он ее так любил, что не хотел ни в чем от нее отставать, и это тоже привело его к фашистам. Дон Гильермо жил через три дома от Ayuntamiento, снимал квартиру, и когда он остановился, глядя подслеповатыми глазами на двойной строй, сквозь который ему надо было пройти, на балконе того дома, где он жил, пронзительно закричала женщина. Это была его жена, она увидела его с балкона.
— Гильермо! — закричала она. — Гильермо! Подожди, я тоже пойду с тобой!
Дон Гильермо обернулся на голос женщины. Он не мог разглядеть ее. Он хотел сказать что-то и не мог. Тогда он помахал рукой в ту сторону, откуда неслись крики, и шагнул вперед.
— Гильермо! — кричала его жена. — Гильермо! О, Гильермо! — Она вцепилась в балконные перила и тряслась всем телом. — Гильермо!
Дон Гильермо опять помахал рукой в ту сторону и пошел между шеренгами, высоко подняв голову, и о том, каково у него на душе, можно было судить только по бледности его лица.
И тут какой-то пьяный крикнул, передразнивая пронзительный голос его жены: «Гильермо!» И дон Гильермо бросился на него, весь в слезах, ничего не видя перед собой, и пьяный ударил его цепом по лицу с такой силой, что дон Гильермо осел на землю и так и остался сидеть, обливаясь слезами, но плакал он не от страха, а от ярости, и пьяные били его, и один уселся ему верхом на плечи и стал колотить его бутылкой. После этого многие вышли из шеренг, а их место заняли пьяные, из тех, что с самого начала безобразничали и выкрикивали непристойности в окна Ayuntamiento.


p.s. я просто урыдалась.

среда, 19 декабря 2012 г.

Когда выламываешь себе руки


Мне кажется, то, что произошло - очень важно.
С другой стороны, мне кажется, что не произошло ничего, заслуживающего внимания.
"Как в лихорадочном и мутном сне не можешь проснуться..."

Ужасно глупая ситуация сама по себе. 
Не хочу ничего рассказывать. Просто пусть этот день будет как-то отмечен.



Друг без друга у нас получается все
В нашем жизненном трудном споре.
Все свое у тебя, у меня все свое,
И улыбки свои, и горе.
Мы премудры: мы выход в конфликтах нашли
И, вчерашнего дня не жалея,
Вдруг решили и новой дорогой пошли,
Ты своею пошла, я - своею.
Все привольно теперь: и дела, и житье,
И хорошие люди встречаются.
Друг без друга у нас получается все.
Только счастья не получается...


(Эдуард Асадов)





Это, когда тебе кажется, что жизнь наполнена смыслом, а потом кто-то открывает глаза. Правда в том, что без самого главного - жизни, словно и нет.

вторник, 18 декабря 2012 г.





Пей, моя девочка, пей моя милая,
Это плохое вино.
Оба мы нищие, оба унылые -
Счастия нам не дано.

Нас обманули, нас ложью опутали,
Нас заставляли любить.
Хитро и тонко, так тонко запутали,
Даже не дали забыть.

Выпили нас, как бокалы хрустальные
С светлым, душистым вином...
Вот отчего мои песни печальные,
Вот отчего мы вдвоем.

Наши сердца, как перчатки изношены,
Нам нужно много молчать.
Чьею-то жесткой рукою мы брошены
В эту большую кровать.

Пей, моя девочка, пей моя милая,
Это плохое вино.
Оба мы нищие, оба унылые -
Счастия нам не дано.

(Александр Вертинский)
Почему я решила, что это плохо?

Зато теперь я точно знаю, чего хочу.




- А вы куда собираетесь?
- В Питер.
- А.. стандартное женское желание уехать в Питер.
- Стандартное женское желание уехать хоть куда, лишь бы не в Екатеринбург.
- Почему?
- Приехать в Екатеринбург- это, как поездка в другой район города: "Привет, моя новая жизнь. Похоже, ты абсолютно идентична старой." Зачем мне Екатеринбург? Я хочу весь мир!
- А чем хорош Питер?
- Петербург не сама цель. Если говорить о "стандартном женском желании", то оно скорее заключается в желании быть ближе к богемному образу жизни. Знаешь, секс и вино, вино и лирика?
- Но...
- Да, пожалуй, звучит наивно, но от того не менее желанно. Пока ты хранишь надежду на что-то, оно существует.
- Ну а Москва чем плоха?
- Москва многолика. В ней есть всё, а самой её нет. В Москву я не верю, а Питер я чувствую.




Ты меня разозлил. Задел за живое.
Твои слова моим мечтам не ровня.
Выходит с пятого класса ничего не изменилось. Твоя единственная цель, даже теперь - найти стабильную работу, где много платят.

понедельник, 17 декабря 2012 г.

Un cercle magique.



Мне просто кажется, и я не знаю, как это объяснить (но разве нужно искать смысл в чувствах?), что мы были бы вместе, прояви я хоть капельку инициативы.
Мне кажется, что тебе кажется тоже, что я и ты стали бы Мы, если бы, да кабы.

Я не могу избавиться от этой навязчивой идеи, от этой непонятно откуда взявшейся картинки перед глазами: я прижимаюсь прижимаюсь к тебе всё ближе, а твои руки обволакивают меня, и больше не остаётся ничего, кроме Нас, кроме этого чудного мгновения.

Это помешательство. Это временно. Это только для меня.
Я не хочу так. Хочу, но не с тобой.

Откуда ты всё время берёшься?

воскресенье, 16 декабря 2012 г.

She is an angel from hell

She likes to hang with the boys
She likes the dirt and the noise
She likes the drugs and the drinks
She's heavy metal

I like the way she behaves
She's turning men into slaves
She is an angel from hell
She's heavy metal

She likes to cruise and tattoos
I left her bed with a bruise
No one can stop her, oh no
She's heavy metal

She loves to rock with the boys
She loves the dirt and the noise
She loves the stuff those things
She's heavy metal


Ну а я что? я себе свитер с оленем купила вчера.

четверг, 13 декабря 2012 г.



Мне так хорошо, и спокойно, и радостно.
Мне нравятся все люди сразу и никто в отдельности. Хочется улыбаться и обниматься.
Как обычно, без видимых причин.

среда, 12 декабря 2012 г.

Do your best.



Зацикливание на минусах неизбежно ведёт к отрицанию, а затем и уничтожению плюсов.
Надо не то, что оценивать себя трезво. Не надо себя оценивать вообще.
Оценивай итоги своих действий, оценивай свои поступки.
Будь ответственен за то, что делает тебя тобой.
"Делай, что должен и будь, что будет"

Аминь.

p.s: Даже полегчало.

вторник, 11 декабря 2012 г.

Это у нас не отнять


Ни о чём и обо всём.



"Нет, тот чувак был молодец. Все те слова, которые он сказал, кто-то действительно должен был озвучить. Но Боже мой, как же это всё скучно в его стихах".

Пропусти всё, что вокруг через мясорубку своей души, а потом ешь котлетки.

Давай, ты хотя-бы в этот раз не будешь молчать.
Заканчивай уже грустить и злиться. Жизнь не ждёт. Пойдём скорее.

Lescop – La Foret

понедельник, 10 декабря 2012 г.

Never stop



Скоро наступить тот самый момент, когда пора подводить итоги.
Кажется, второго или третьего января 2012 года я составила для себя небольшой список из моих маленьких желаний, на которые в обычной жизни приходится не обращать внимания из-за отсутствия времени и постоянно отодвигать на задний план, ведь они не жизненно-необходимы. Этот лист с 12 пунктами провисел у меня перед глазами целый год. Я выполнила пять из них полностью и два наполовину. Трудно объективно-оценивать результаты, так как цели по своей значимости и сложности выполнения были неравноценны. В общем и целом, я, наверно, осталась собой недовольна.

В этот раз цели будут ещё более абстрактными, ещё более непосильными, ещё более дурными, ещё более ценными и значимыми.
Если есть, куда расти - значит есть жизнь.

воскресенье, 9 декабря 2012 г.

Мне нужно то, чего нет на свете.


Песня

Окно мое высоко над землею,
          Высоко над землею.
Я вижу только небо с вечернею зарею,
          С вечернею зарею.

И небо кажется пустым и бледным,
          Таким пустым и бледным...
Оно не сжалится над сердцем бедным,
          Над моим сердцем бедным.

Увы, в печали безумной я умираю,
          Я умираю,
Стремлюсь к тому, чего я не знаю,
          Не знаю...

И это желание не знаю откуда
          Пришло, откуда,
Но сердце хочет и просит чуда,
          Чуда!

О, пусть будет то, чего не бывает,
          Никогда не бывает.
Мне бледное небо чудес обещает,
          Оно обещает.

Но плачу без слез о неверном обете,
          О неверном обете...
Мне нужно то, чего нет на свете,
          Чего нет на свете.

(Зинаида Гиппиус)

BFF


Я просто рада, что всё сложилось так, как сложилось.
Я люблю вас!
Я люблю нас!



p.s: Ксюша, возвращайся скорее***

пятница, 7 декабря 2012 г.

Чудесно


Никого не будет в доме, 
Кроме сумерек. Один 
Зимний день в сквозном проёме 
Незадёрнутых гардин. 

Только белых мокрых комьев 
Быстрый промельк маховой. 
Только крыши, снег и, кроме 
Крыш и снега, — никого. 

И опять зачертит иней, 
И опять завертит мной 
Прошлогоднее унынье 
И дела зимы иной. 

И опять кольнут доныне 
Неотпущенной виной, 
И окно по крестовине 
Сдавит голод дровяной. 

Но нежданно по портьере 
Пробежит вторженья дрожь. 
Тишину шагами меря, 
Ты, как будущность, войдёшь. 

Ты появишься у двери 
В чём-то белом, без причуд, 
В чём-то впрямь из тех материй, 
Из которых хлопья шьют.


(Борис Пастернак)



p.s: только мне всё чаще кажется, что никто не придёт.

четверг, 6 декабря 2012 г.

Ночь нежна



Моя книга кончилась, и мне грустно.
Я даже не знаю, что тут можно добавить.
Всегда грустно узнавать, что не для каждого уготован "счастливый финал". Во все времена, во всех странах мира преобладают люди, для которых любовь - просто слово, которое легко может рассеять даже лёгкий морской бриз.
Я не хочу в это верить. Не хочу верить в то... в это... не хочу знать жизни, где моё имя никогда не сольётся с именем чужим, жизни, где каждый умирает в одиночестве.


Фрэнсис Скотт Фицджеральд: "Ночь нежна".

среда, 5 декабря 2012 г.

Спроси меня "кто ты?" Никто. Но я здесь навсегда.


Это наверно какое-то особое свойство человеческой души. Удивительная способность только только очистившийся совершенно лист новой жизни, мгновенно заваливать отборным, превосходным, очаровательным мусором.
Ещё вчера я ехала в машине, слушала радио record и мирилась с мыслью о том, что теперь надо будет вести себя по другому, что накопленный, пусть и небольшой в сравнении со старческой мудростью, например, опыт не даст мне совершать прежние ошибки. Суть даже не в опыте, как таковом, а в том грузе ответственности, в том статусе, который он тебе придаёт в глазах собственных и чужих. И я была совершенно уверена, что в новом, нетронутым пока повседневностью, альбоме жизни нет места наивности, которой до этих пор дышало всё моё существо.
А сегодня?

Это как сунуть руки в карманы пуховика и обнаружить там разный мелкий ссор, с которым ты вроде уже давно распрощался и забыл, но теперь. Теперь, когда бросаешь на него взгляд опять, после того, как потерял его уже навсегда, тебе кажется, что судьба просит дать этим мелочам ещё один шанс, новую жизнь.
Судьба ни о чём тебя не просит, судьба напоминает тебе, что надо выбросить мусор.

Как же я не люблю уборку.

Cat Power – Be My Boy
5nizza – Весна

понедельник, 3 декабря 2012 г.